Телеканал «Звезда» на facebook
18+

Харьковская бойня: как «гениальный полководец» Хрущев погубил тысячи солдат

10:41 03.03.2016
Соотношение сил на советско-германском фронте к маю 1942 года было следующее: Красная Армия имела 5,1 млн. человек (без войск ПВО страны и Военно-Морского флота), почти 3,9 тысячи танков, 44,9 тысячи орудий и миномётов и около 2,2 тысячи боевых самолётов.
Харьковская бойня: как «гениальный полководец» Хрущев погубил тысячи солдат
Фото: Красная звезда

Сайт телеканала «Звезда» публикует цикл статей о Великой Отечественной войне 1941–1945 годов писателя Леонида Масловского, основанных на его книге «Русская правда», изданной в 2011 году.

В своих авторских материалах Масловский, по его словам, разоблачает «выдуманные недоброжелателями России мифы о событиях Великой Отечественной войны и показывает величие нашей Победы». Автор отмечает, что в своих статьях собирается «показать неблаговидную роль Запада в подготовке Германии к войне с СССР».

Картинка

Соотношение сил на советско-германском фронте к маю 1942 года было следующее: Красная Армия имела 5,1 млн человек (без войск ПВО страны и Военно-Морского флота), почти 3,9 тысячи танков, 44,9 тысячи орудий и минометов и около 2,2 тысячи боевых самолетов.

Немецко-фашистская армия имела 6,2 млн человек, 3229 танков и штурмовых орудий, до 57 тысяч орудий и минометов и 3395 боевых самолетов. Обратите внимание: против наших сухопутных сил Германия с союзниками имели численность солдат и офицеров на 1,1 млн человек больше. Превосходство в численности войск Германия с союзниками сохраняли с первого дня войны до 1943 года.

Но уже летом 1943 года численность войск Красной Армии превышала численность войск Германии на 1,8 млн человек. А кто-то утверждает, что войска СССР имели потери больше войск Германии с ее союзниками!

Картинка

Летом 1942 года Германия также имела превосходство в орудиях и самолетах. Мы имели небольшое превосходство в танках, но в наших танковых соединениях все еще значительную часть составляли легкие танки.

Наиболее крупная группировка немецких войск (более 70 дивизий) находилась на московском направлении. На 1 мая 1942 года на советско-германском фронте действовало 217 дивизий (немецкая дивизия по численности примерно вдвое превышала дивизию советских вооруженных сил) и 20 бригад противника, то есть около 80% всех сухопутных войск Германии и ее союзников, а также три из пяти немецких воздушных флотов. В связи с указанным обстоятельством Ставка не перебрасывала войска с Западного на Юго-Западное направление.

И что бы ни говорили, на мой взгляд, такое решение было правильным, как и решение о размещении стратегических резервов в районе Тулы, Воронежа, Сталинграда и Саратова.

Большее количество наших сил и средств было сосредоточено не на юго-западном, а на западном направлении. В конечном счете, такое распределение сил привело к разгрому немецкой, а точнее европейской армии, и в связи с этим неуместно говорить о неправильном распределении наших войск к лету 1942 года. Именно благодаря такому распределению войск мы имели возможность в ноябре собрать под Сталинградом силы, достаточные для разгрома противника, и имели возможность пополнять наши войска при ведении оборонительных боёв.

Картинка

В то время как немцы рвались к Керчи, главнокомандующий войсками Юго-Западного фронта С. К. Тимошенко вышел в Ставку с предложением о проведении крупной наступательной операции под Харьковом и прислал план операции. С. К. Тимошенко и Н. С. Хрущев настаивали на реализации плана. И. В.  Сталин согласился на проведение операции силами  Юго-Западного фронта с привлечением войск Южного фронта. В данном случае снова плохо сработала наша разведка, и Тимошенко не знал, что немцы на 18 мая готовили операцию «Фридерикус-1» по ликвидации Барвенковского выступа, чтобы использовать этот район в качестве места сосредоточения войск для последующего наступления на восток.

Рассчитывая на равное соотношение сил и средств, что и было в начале наступления, наши войска пошли в самое пекло готовящегося летнего наступления немецких армий. Когда по докладу Генерального штаба 17 мая 1942 года Сталин предложил прекратить наступление в связи с ударом немцев с юга, Тимошенко и Хрущев заверили, что положение на юге скоро нормализуется. 18 мая Сталин снова переговорил с Тимошенко и снова получил успокоительные заверения.

Картинка

Лишь вечером 18 мая Тимошенко и Хрущев забили тревогу и стали требовать прекращения наступления. Сталин был возмущён. Они требовали прекращения наступления по тем же причинам, о которых Сталин вовремя их предупреждал. В то время они возражали и продолжали наступать, а вечером 18 мая начали говорить слова Сталина от своего имени. Через несколько часов Сталин дал разрешение на прекращение наступления на Харьков,  понимая, что уже слишком поздно.

19 мая ударная группировка наших войск, наступающая на Харьков, приказом Тимошенко была остановлена. В результате непродуманного наступления три армии Южного и Юго-Западного фронтов понесли тяжёлые потери. Ударные группировки Юго-Западного фронта были окружены. Силами 32-й армии из окружения было вызволено 22 тысячи человек. Части бойцов и командиров удалось прорваться небольшими группами и выйти на восточный берег Северного Донца.

Тимошенко и Хрущёва надо бы было привлечь к ответственности, но они отделались лёгким испугом. Сталин взял вину на себя, потому что именно он разрешил начать наступление на Харьков.

В середине июня Юго-Западный фронт под ударами немецких войск был вынужден ещё дважды отступать и отойти за реку Оскол. Харьковское сражение продолжалось с 12-го по 29-е мая 1942 года. Поражения под Харьковом, а затем в Крыму показали, что к лету 1942 года немцы снова стали сильнее нас.

В результате не мы выбили немцев из Харькова, а немцы выбили нас с Барвенковского выступа, и мы лишились важного оперативного плацдарма на Северном Донце. Войска Юго-Западного и Южного фронтов понесли большие потери в живой силе и технике. Наши историки, как сегодня принято, не утруждая себя анализом событий, пишут, что по данным Германского военного командования в боях под Харьковом немцами было захвачено 240 тысяч пленных.

Картинка

Анализ показывает, что немецкое командование ни разу за всю войну не сказало правды о количестве захваченных наших пленных. И если ему верить, то уже в 1941 году немцы захватили в плен всех оставшихся в живых солдат и офицеров Красной Армии. Фактически же наша армия только и успевала перемалывать идущие и идущие из Европы свежие немецкие дивизии и армии. Англия и США спокойно наблюдали, как мы истекали кровью в этой неравной борьбе. В их интересах было и то, что немцы проливали крови не намного меньше нас, а с 19 ноября 1942 года намного больше нас.

Сильно преувеличено количество взятых в Харьковском сражении в плен наших солдат и офицеров. Немцы фактически указывают не количество взятых в плен, а по их преувеличенным расчётам первоначальное количество личного состава наших армий,  наступавших на Харьков. Сюда вошли наносившие главный удар 6-я армия и оперативная группа Юго-Западного фронта, наступавшие с Барвенковского выступа, а также наносившая вспомогательный удар 28-я армия, наступавшая на Харьков из района Волчанска. В число пленных немцы включили и численность державшей оборону с Юга 9-й армии Южного фронта, рядом с которой держала оборону 57-я армия.

Немецкие данные не соответствуют действительности, потому что во-первых, были окружены не все, а часть сил указанных трёх армий (как пишет Василевский и наши историки, были окружены ударные группировки), во-вторых, наши войска после немецкого наступления почти две недели вели ожесточённые бои и имели большие потери, в-третьих, часть наших солдат и офицеров вышла из окружения и поэтому количество взятых немцами в плен наших военных не может превышать 20 тысяч человек. Тысячи человек взятых в плен – это очень много.

Думаю, что вместе с убитыми мы потеряли в этом сражении около 80 тысяч человек. Надо учесть, что в то время наши армии имели численность намного (часто почти вдвое) ниже уставной. По-моему, независимо от того, держали бы мы оборону на Барвенковском выступе или, как фактически произошло, начали наступление на Харьков, в любом случае мы потерпели бы поражение и оставили бы свой плацдарм, потому что наши войска, измотанные в наступательных боях, освободившие сотни тысяч квадратных метров родной земли, нуждались в отдыхе, пополнении людьми, боеприпасами, техникой. Проиграв Харьковское сражение, мы потеряли свой плацдарм на Северном Донце - Барвенковский выступ.

Ставка Верховного Главнокомандования для планирования наступательных операций нуждалась в крупных резервах. Поэтому Генеральный штаб не планировал крупных наступательных операций на лето 1942 года. Но против немецких войск, превосходящих войска Красной Армии на 1,1 млн. человек, мы не могли долго держать и оборону на направлении главного удара, и вынуждены были отходить под угрозой окружения.

Компенсировать недостающую численность количеством артиллерии, авиации и другими видами оружия пока было невозможно, так как эвакуированные предприятия только начинали работать на полную мощность, и военная промышленность Европы ещё превосходила военную промышленность Советского Союза.

Картинка

А угроза окружения была реальной. «28 июня Гитлеровские войска группы генерал-полковника Вейхса перешли в наступление из районов восточнее Курска. Фашистское командование рассчитывало этим наступлением и ударами из Волчанска на Воронеж окружить и уничтожить войска Брянского фронта, прикрывающие воронежское направление, а затем поворотом на юг, с дополнительным ударом из района Славянска, уничтожить войска Юго-Западного и Южного фронтов и открыть себе дорогу к Волге и на Северный Кавказ», - пишет А. М. Василевский.

Командующими указанных фронтов были соответственно Ф. И. Голиков, С. К. Тимошенко и Р. Я. Малиновский. В дальнейшем Брянский фронт был разделён на два: Брянский и Воронежский. С 14. 07. 1942 года командующим Воронежским фронтом был назначен генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин.

Во время решения вопроса о выборе командующего фронтом Ватутин работал в должности заместителя начальника Генерального штаба. Все кандидатуры, которые Василевский с Ватутиным предлагали на должность командующего Воронежским  фронтом, Сталин отводил. «Вдруг встаёт Николай Фёдорович (вспоминает начальник Генерального штаба А. М. Василевский) и говорит:

- Товарищ Сталин! Назначьте меня командующим Воронежским фронтом.- Вас? – И Сталин удивлённо поднял брови.

Я поддержал Ватутина, хотя было очень жаль отпускать его из Генерального штаба.И. В. Сталин немного помолчал, посмотрел на меня и ответил:

- Ладно. Если товарищ Василевский согласен с вами, я не возражаю».

Вот так Н. Ф. Ватутин стал командующим Воронежского, а затем и Юго-Западного фронта, которому были подчинены главные силы наших войск, разгромивших немцев под Сталинградом.

Задача уничтожения трех наших фронтов возлагалась на немецкую группу армий «Юг», которая в дальнейшем была разделена на две группы армий: «Б» – под командованием генерал-фельдмаршала Ф. Бока и «А» - под командованием генерал-фельдмаршала В. Листа, отличившегося своими зверствами в Югославии и Греции.

Ставка при необходимости усиливала войска указанных фронтов, и благодаря этому, а так же грамотным действиям Генерального штаба и командующих советскими войсками, немцы не смогли достигнуть цели по окружению и уничтожению дивизий, корпусов и армий наших фронтов. С боями наши войска отходили на восток.

Вот как описывает К. К. Рокоссовский, только что, 5 июля 1942 года, назначенный с должности командующего 16-й армии на должность командующего Брянским фронтом, один из боёв на Воронежском направлении: «На участке, где вели бои части 5-й танковой армии, обстановка всё ухудшалась: противник всё продолжал продвигаться. Необходимо было в срочном порядке подтянуть сюда новые силы. Решили выдвинуть из фронтового резерва 7-й танковый корпус под командованием П. А. Ротмистрова.

Находясь на наблюдательном пункте в районе, где развёртывались события, можно было видеть весь ход сражения. Равнинная, открытая местность способствовала этому. Отчётливо наблюдался бой наших отходивших частей и наседавшего на них противника. Впереди небольшими группами на широком фронте действовали вражеские танки, ведя пушечный огонь, преимущественно с остановок.

Немецкая пехота двигалась за ними, залегая время от времени и ведя непрерывный автоматный огонь. Вдали, на горизонте, сквозь густые облака пыли наблюдалось движение новых колонн танков и автомашин.

По наступавшим танкам противника довольно метко била наша противотанковая артиллерия. Где поорудийно, где побатарейно она меняла позиции и тут же открывала огонь, замедляя продвижение врага и прикрывая нашу отходившую пехоту, которая тоже отбивалась пулеметным и минометным огнём. Отход пока носил организованный характер. Но по всему было видно, что, введя в бой свои главные силы, подходившие из глубины, противник легко сомнёт наши части.

Однако к этому времени подоспели части 7-го танкового корпуса. На наших глазах корпус развернулся и решительно двинулся навстречу главным танковым силам врага. Ударили по ним и все наши батареи, в том числе и артиллерия танкового корпуса. Особенно эффективными были залпы «катюш».

Поле сражения заволокло тучами пыли. Сквозь них тускло просвечивали вспышки выстрелов и снарядных разрывов. Во многих местах взвились столбы черного дыма от загоревшихся вражеских машин. Наша пехота воспрянула и вместе с танками бросилась на врага. Этой дружной и стремительной атаки противник не выдержал. С большими потерями он откатился назад.

Вражеская авиация, за исключением отдельных самолетов, почти не принимала участия в бою. Не было и нашей авиации. Все наши попытки развить достигнутый успех на этом участке не дали результатов. Но наступление противника было отражено. В этих боях погиб командующий 5-й танковой армией генерал Лизюков (в танковых частях и в авиации и генералы ходили в атаку – Л. М.). Он двигался в боевых порядках одного их своих соединений. Чтобы воодушевить танкистов, генерал бросился на своём танке КВ вперед, ворвался в расположение противника и там сложил голову». Немцы стремительно наступали. Стремительному наступлению немецких войск способствовали превосходство в силах и природные условия региона.

6 июля 1942 года начались уличные бои за Воронеж, в результате которых советские войска удержали левобережную часть города и плацдарм на правом берегу. Немецко-фашистские оккупанты изгнали из захваченной ими части Воронежа все гражданское население, уничтожили свыше двух тысяч человек, расстреляли на окраине города в Песчаном логу свыше 500 раненых и больных, находившихся в городской больнице.

Продолжение следует… Мнения, выраженные в публикациях Леонида Масловского, являются мнениями автора и могут не совпадать с мнениями редакции сайта телеканала «Звезда». 

Автор: Леонид Масловский

ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
В ДРУГИХ СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Вас заинтересует