Телеканал «Звезда» на facebook
18+

Сбить Phantom: как российское оружие уничтожает западные самолеты в горячих точках

Проявляемый в последнее время Турцией интерес к приобретению четырех дивизионов зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) С-400 «Триумф», на который уже разместили заказы Китай, Индия, а также клиенты с Арабского Востока, заставляет задуматься: чем отечественные средства противовоздушной обороны (ПВО) привлекают иностранных покупателей?
Сбить Phantom: как российское оружие уничтожает западные самолеты в горячих точках
Фото: Eduardo Martins / Globallookpress, Минобороны России

Проявляемый в последнее время Турцией интерес к приобретению четырех дивизионов зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) С-400 «Триумф», на который уже разместили заказы Китай, Индия, а также клиенты с арабского востока, заставляет задуматься: чем отечественные средства противовоздушной обороны (ПВО) привлекают иностранных покупателей? А также: как они могут помочь Сирийской Арабской Армии (САА) в борьбе за суверенитет и территориальную целостность страны?

Безусловно, мощным побудительным фактором в пользу наших ЗРК является тот факт, что Советский Союз и его правопреемник Российская Федерация изготовили зенитных ракет и провели их пусков больше, чем все остальные страны мира вместе взятые. Начиная с пятидесятых годов прошлого века, мы ведем массовое строительство техники ПВО для собственных Вооруженных сил, а также государств-партнеров по военно-техническому сотрудничеству. Многолетняя эксплуатация в строевых частях, участие в локальных конфликтах позволили выявить и устранить многие недостатки, которые неизбежны при создании столь сложных комплексов как зенитно-ракетные, не говоря уже о системе ПВО страны в целом.

Картинка

Вторым важнейшим фактором выступает насыщенная событиями история боевого применения отечественных зенитных систем (первый вражеский самолет сбит в 1959 году), причем и здесь наша продукция держит первенство по количеству пусков, а также по числу уничтоженных воздушных целей.

Третий побуждающий мотив для стран развивающегося мира – посредством импорта готовой продукции получить доступ к высоким технологиям российского оборонно-промышленного комплекса. Китайская Народная Республика первой среди иностранных клиентов освоила выпуск отечественных ЗРК и, на их базе, создала собственные. Сегодня аналогичным путем идут Индия («Акаш») и Иран (системы на основе С-300ПМУ-2 «Фаворит» и «Бук-М2»).

Турецкий интерес к С-400 объясняется желанием быстрорастущего военного сектора экономики страны (в котором уже созданы 35 тысяч рабочих мест) освоить и тематику зенитных систем. Второе – благодаря высоким энергетическим характеристикам ракет и радиолокационных станций «Триумфа» прикрыть не только крупнейшие города и военные базы на турецкой территории, но и обеспечить эффективный контроль значительной части воздушного пространства соседних государств, прежде всего – Греции и Кипра, с которыми имеются территориальные и конфессиональные разногласия. А также Ирака и Сирии, где ведутся активные боевые действия между правительственными войсками и незаконными вооруженными формированиями, некоторые из которых пользуются турецкой поддержкой. Словом, желание прибрести С-400 хорошо вписывается в политику президента Эрдогана по восстановлению турецкого влияния на соседние страны в рамках идеологии неоосманизма.

ПВО Сирии в условиях гражданской войны

Гражданская война здесь идет более шести лет. По состоянию на начало мая, под контролем правительства находится 22% территории республики. Многие базы зенитных частей остаются в руках бандформирований, а некоторые, что удалось отбить с помощью ВКС России, разрушены. В результате некогда единая и мощная система ПВО страны фактически перестала существовать.

Самое плохое – что ее элементы порой используются грамотными специалистами, перешедшими на сторону повстанцев. В 2013 году вооруженными группировками, действующими в пригородах Дамаска, были захвачены ЗРК «Оса». Размещенные в Восточной Гуте, они несколько раз (крайний случай – июнь 2016 года) открывали огонь по вертолетам правительственных войск, и, по утверждениям повстанцев, сбили их. В начале восьмидесятых годов подобные комплексы использовались сирийскими военными в Ливане, где сбили как минимум один израильский самолет (разведчик RF-4E Phantom II), а также три американских и французских палубных штурмовика (еще два получили повреждения, но вернулись на авианосцы) за короткий промежуток времени, когда авиация стран НАТО наносила удары по Бейруту. Возвращаясь к событиям последних лет, отметим, что случай с «Осой» в Восточной Гуте пока остается единственным, где сложные комплексы ПВО использовались мятежниками.

Вместе с тем, руководству Сирийской Арабской Республики (САР) удалось сохранить контроль над Дамаском, а в конце прошлого года – полностью восстановить его над Алеппо. Сегодня на территории подчиняющейся центральному правительству проживает свыше 70% населения. Здесь расположены важнейшие объекты оборонной инфраструктуры, на которых фактически держится объектовая (а лучше сказать «очаговая») ПВО, возникшая согласно не изначальной задумке, а в результате трагического развития событий в стране.

Глава Пентагона на пресс-конференции в прошлом месяце заявил: «состояние, в котором сегодня пребывают военно-воздушные силы Сирии, не может считаться хорошим: они ослаблены многолетней войной и значительными проблемами с организацией ремонта и обслуживания техники». Оценка генерала Мэттиса в полной мере распространяется и на систему ПВО, особенно с учетом больших потерь в авиационной технике и вынужденному задействованию истребителей МиГ-21МФ/бис и МиГ-23МФ/МЛ, не имеющих специальных прицелов для работы по наземным целям, для бомбометания по объектам бандформирований.

Успехи зенитчиков

Картинка

Находясь в очень трудных условиях, сирийские зенитчики, тем не менее, продолжают нести службу и, порой, наносят материальный урон нарушителям воздушного пространства страны. Среди последних успехов – уничтожение, 20 марта с.г., израильского малогабаритного (весом 65кг) беспилотника семейства Skylark. А несколько дней до его поражения сирийское командование сообщало об уничтожении тактического истребителя американского производства, который участвовал в очередном рейде ВВС Израиля на объекты в районах Дамаска и Пальмиры. Стрельба велась расчетами комплекса С-200, о чем свидетельствуют останки зенитной ракеты, упавшие на иорданской территории.

Впервые подобные комплексы появились на сирийской земле в 1983 году и поначалу обслуживались советскими расчетами. Первой их жертвой пал самолет дальнего радиолокационного обнаружения и управления (AWACS) типа E-2C Hawkeye, экипаж которого вел наблюдение за воздушным пространством Ливана и северо-западной части Сирии. Машина выполняла полет в сопровождении истребителей над Средиземным морем на значительном (180км) удалении от береговой черты, и, по мнению командования ВВС Израиля, находилась в полной безопасности. Однако дальнобойная советская ракета опровергла их взгляды. Следующими жертвами комплекса стали ДПЛА, выполнявшие разведывательные полеты на большой высоте.

Заметим, что Израиль не признает этих и многих других потерь своей авиации. Руководство еврейского государства последовательно проводит политику, направленную на оправдание действий израильских вооруженных сил против соседних арабских государств, откровенно занижая понесенный ими материальный урон. В последнее время эта политика приобретает все более уродливые формы, поскольку ослабленная гражданской войной Сирия вынужденно не отвечает на провокации, ограничивая свои действия лишь огнем средств ПВО по нарушителям.

При этом результативность его невысокая, поскольку цели в южных и западных провинциях САР часто поражаются управляемыми ракетами «воздух-земля», пуск которых выполняется за пределами границ Сирии (чаще всего из воздушного пространства Ливана). Кардинальной мерой отпора агрессору может стать удар по аэродромам, где базируются и откуда производят боевые вылеты самолеты-нарушители. Например, тактическими ракетами «Точка-У» (которые правительственные силы успешно применяют против повстанцев) и оперативно-тактическими «Эльбрус» и его аналогами (которые пока не задействованы). Однако подобный шаг чреват непредсказуемым развитием событий в мировом масштабе, с учетом наличия у Израиля ядерного оружия и расположения на территории САР группировки ВКС России, военной полиции и советников, а также присутствие здесь иранских военнослужащих из Корпуса Стражей Исламской Революции.

Между тем, воздушное пространство Сирии активно используется ведомой США коалицией под лозунгом борьбы с «Исламским Государством», «Аль-Каедой» и другими террористическими структурами. Действия авиации с законным правительством страны американцы не согласовывают. Это стало причиной потери 17 марта 2015 года беспилотного летательного аппарата MQ-1 Predator, выполнявшего разведывательный полет над контролируемой правительством территорией. Судя по обломкам, найденным в провинции Латакия, «беспилотник» поразила ракета комплекса С-125М «Печора».

Высказывая собственное мнение, замечу: точно зная государственную принадлежность нарушителя, сирийцы вряд ли бы решились на уничтожение конкретного ДПЛА, опасаясь обострения и без того непростых отношений со сверхдержавой. По-видимому, их действия в конкретной ситуации определялись, прежде всего, тем фактом, что «хищник» прилетел из Турции - несколько подобных аппаратов тогда располагались на авиабазе Инджирлик. Одно время близкие по конструкции «беспилотники» американского происхождения числились в составе турецкой армии, к которой у сирийских военных «особый счет».

Над морем вблизи побережья Латакии 22 июня 2012 года сирийские зенитчики сбили самолет-разведчик RF-4E Phantom II. Экипаж из двух человек погиб. Согласно некоторым источникам, стрельба велась комплексом «Панцирь-С1», однако сирийское командование впоследствии приписывало успех расчету береговой артиллерийской установки. Анкара безуспешно пыталась представить дело как «акт агрессии», но даже партнеры по НАТО подобную позицию не разделяли, коль скоро «фантом» был поражен над сирийскими водами. ВВС Турции ждали с «ответом» пару лет: 23 марта 2014 года перехватчик F-16C сбил МиГ-23БН ВВС Сирии якобы залетевший в воздушное пространство соседней страны. «МиГ» упал на сирийской территории, однако в Дамаске не стали «раздувать» конфликт дабы еще больше не портить отношения с Анкарой, и без того сильно натянутые.

Последствия «Шайрата»

Картинка

Вскоре после ракетного удара США по аэродрому «Шайрат» в ночь на 7 апреля 2017 года, Москва заявила о решимости помочь САР укрепить систему ПВО, а Дамаск – о подаче соответствующего обращения. Говорить о конкретном наполнении взаимного желания пока рано, поскольку реализация военной техники – дело, требующее длительных переговоров, согласований, построения финансовых схем взаиморасчетов, обучения персонала, не говоря уже о производственных вопросах (если речь идет не о поставках «из наличия МО РФ»).

В случае необходимости «быстрого решения» таковое может быть найдено на путях поставки дополнительного количества образцов техники «из наличия МО РФ», в основном аналогичных тем, что уже стоят на вооружении сирийской армии. Незадолго до гражданской войны САР закупила комплексы «Бук-М2», «Панцирь-С1» и модернизировала давно эксплуатируемые С-125 в вариант «Печора-2М».

Повышение возможностей средств ПВО можно достигнуть и путем восстановительного ремонта сохранившихся у правительственных сил комплексов С-200, С-75, С-125, «Квадрат», «Оса» и «Стрела-10». Глубокая модернизация вряд ли оправдана в конкретных условиях сложившихся на сирийской земле. Пожалуй, для Дамаска особый интерес может представлять помощь российских специалистов при восстановлении, ремонте и пополнении парка самоходных зенитных установок «Шилка» и «Тунгуска», поскольку их скорострельные пушки с успехом применяются и по наземным целям.

Удар по «Шайрату» дал почву для дискуссий и обмена мнениями в российском экспертном сообществе на тему необходимости укрепления сирийских сил противовоздушной обороны. Спустя месяц после трагических событий приходит осознание: никакие, даже самые современные, средства ПВО, переданные Дамаску, не обеспечат ему защиту от залповых ударов крылатыми ракетами «томагавк» с американских кораблей в Средиземном море. Решение вопроса следует искать политическими, а не военными средствами. Тем более, что об этом все чаще повторяют и в Вашингтоне. Весь апрель глава Пентагона говорил о «Шайрате» как «одноразовой акции», и что главным направлением для него остается борьба с ИГИЛ.

Прикрытие трассы Дамаск-Багдад

Картинка

Вместе с тем, выраженное высшим политическим руководством России желание укрепить сирийскую ПВО, может быть обосновано необходимостью удержать страны региона – прежде всего Саудовскую Аравию и Иорданию – от втягивания в боевые действия на стороне противников правительства Башара Асада.

Накануне майских праздников сирийская армия перешла в наступление вдоль международного шоссе Дамаск – Багдад, а навстречу ей с иракской территории двинулись подразделения Hashd al-Shaabi («народная милиция» из числа шиитских бойцов). Вместе им предстоит с боями преодолеть 180 километров. Продвигаясь со стороны авиабазы Ас-Син (al-Seen), армейцы овладели городком al-Бияр-ас-Саба (Saba'a al-Bayar) и расположенным за ней контрольно-пропускным пунктом Zaza на перекрестке дорог. Вкупе с расширением контроля над участками Сирийской Пустыни со стороны Пальмиры (а это около ста километров севернее), наступление имеет своей целью очистить от бандформирований стратегическую трассу, которая некогда связывала два арабских государства.

Между тем, у их южных соседей существуют фобии насчет т.н. «шиитского пояса» (Ливан-Сирия-Ирак-Иран), который был разорван в 2013-2016гг. с образованием «Исламского Государства» и захватом областей на юге Сирии «умеренной оппозицией». Воспользовавшись заключенным 4 мая на встрече в Астане перемирием в «четырех зонах де-эскалации» (Идлиб, Растан, Восточная Гута и Дераа-Кунейтра), правительственные войска перегруппировались, создав ударную группировку на юго-западном участке фронта. Там они обладают значительным преимуществом в танках, боевых машинах пехоты и самоходной артиллерии, что обещает им успех в маневренной войне за Сирийскую Пустыню.

Остановить наступление может разве что прямое вмешательство США и Великобритании: подобный вариант рассматривается, но маловероятен, хотя соответствующая группировка (7,5 тыс. военнослужащих) сформирована на севере Иордании в рамках проведения масштабных военных учений Eager Lion. А без вовлечения «джи-ай» саудовское воинство в бой не пойдет, поскольку лучшие части заняты в Йемене борьбой с «хуситами» и сторонниками бывшего президента страны Салеха.

Арабские монархии могут попытаться замедлить продвижение сирийской армии путем нанесения бомбово-штурмовых ударов силами саудовской и иорданской авиации. В пустынных условиях бронетехника хорошо заметна с воздуха и сильно уязвима от огня сверху. Вот почему сирийцам важно как можно быстрее восстановить армейскую ПВО и усилить ее дополнительными «панцирями» и «буками».

ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
В ДРУГИХ СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Вас заинтересует